Элина Морозова: «Готовить следующее поколение экспертов в области космического права»

С буднями «космических юристов» читателей журнала знакомит начальник Международно-правовой службы Международной организации космической связи «ИНТЕРСПУТНИК», член совета директоров Международного института космического права Элина Морозова.

Фото (Морозова)-1На орбите ООН

«ЭС»: Элина Леонидовна, в каком статусе «ИНТЕРСПУТНИК» сотрудничает с Комитетом ООН по использованию космического пространства в мирных целях?

– У «ИНТЕРСПУТНИКА» статус постоянного наблюдателя при Комитете. Будучи международной межправительственной организацией, этот статус «ИНТЕРСПУТНИК» получил еще в1985 году. К слову сказать, тогда в нашу организацию входило14 стран. Сегодня «ИНТЕРСПУТНИК» объединяет уже 26 государств, которые представляют практически все географические регионы планеты.

Сам же Комитет ООН по использованию космического пространства в мирных целях (для краткости мы называем его «Комитет по космосу» или просто «Комитет») существует уже более 50 лет. Работа этого межправительственного органа носит глобальный характер.

«ЭС»: В чем заключается сотрудничество «ИНТЕРСПУТНИКА» с Комитетом?

– «ИНТЕРСПУТНИК» участвует в ежегодных сессиях Комитета и его подкомитетов, в первую очередь юридического (ЮПК). Повестка дня ЮПК достаточно обширная – в этом году, например, состояла из16 вопросов, включая как традиционные, так и новые. Один из традиционных – деятельность международных межправительственных и неправительственных организаций, имеющая отношение к космическому праву. В рамках рассмотрения этого вопроса наша организация ежегодно представляет ЮПК информацию о своей работе.

В кулуарах сессии ЮПК2017 года я беседовала с председателем этого подкомитета Хельмутом Лагосом Коллером, представителем Чили. Мы сошлись во мнении, что при всей очевидности вклада государств в развитие космического права не менее важна и работа международных организаций,  например, по изучению отдельных его (космического права) аспектов.

«ЭС»: «ИНТЕРСПУТНИК» известен прежде всего операторской деятельностью. Вы хотите сказать, что он играет заметную роль и в развитии международного космического права?

– Без сомнения. И в этом направлении «ИНТЕРСПУТНИКУ» есть чем гордиться. Ежегодно мы публикуем три-пять работ по актуальным вопросам космического и смежного телекоммуникационного права в российских и зарубежных изданиях. Активно участвуем в научных конференциях – это прекрасная возможность для обмена мнениями с ведущими мировыми экспертами. Из последних примеров: в апреле Российский университет дружбы народов (РУДН) проводил ежегодный конгресс «Блищенковские чтения», в рамках которого работала секция по международному космическому праву. За последние годы «ИНТЕРСПУТНИК» ни разу не пропустил это мероприятие.  Традицией также стало участие в ежегодных конференциях Университета Люксембурга по правовым вопросам спутниковой связи и телекоммуникаций.

Сотрудничество «ИНТЕРСПУТНИКА» с собственными странами-членами также затрагивает различные правовые аспекты космической деятельности. Например, в июне в рамках очередной совместной сессии наших руководящих органов состоится круглый стол, посвященный вопросам создания и развития национальных систем спутниковой связи и вещания в странах-членах «ИНТЕРСПУТНИКА». Формат мероприятия предполагает, что специалисты «ИНТЕРСПУТНИКА» поделятся накопленными знаниями, а делегации смогут обменяться национальным опытом.

Теория и практика

«ЭС»: Говоря про ЮПК, вы упомянули, кроме традиционных, и новые вопросы повестки дня. Какие проблемы они затрагивают?

– В прошлом году впервые на сессии ЮПК рассматривались, например, правовые аспекты управления космическим движением. Загруженность околоземного космического пространства очень высока; как следствие, существенен и риск столкновения космических объектов как друг с другом, так и с космическим мусором. Поэтому сложно переоценить важность данного вопроса.

Тогда же в повестку дня ЮПК был включен вопрос о малых спутниках, точнее, о применении международного права в отношении использования малых спутников. Возможность запуска в космос очень доступных аппаратов небольшого размера позволяет реализовать собственные космические проекты многим некоммерческим организациям, в том числе научным и исследовательским институтам и университетам. В этом контексте одна из задач ЮПК – донести до всех участников космической деятельности, даже до тех, которые себя таковыми не считают, информацию о распространении норм международного космического права на подобные проекты и разработать соответствующие рекомендации и разъяснения, когда это потребуется.

Также в числе новых вопросов стоит отметить все возрастающую популярность вопроса эксплуатации природных ресурсов небесных тел, который вошел в повестку дня ЮПК в текущем году.

«ЭС»: Неужели человечество так близко подошло к необходимости решения этой проблемы?

– Нельзя сказать, что это самая насущная проблема международного космического права, но, как бы удивительно это не звучало, она одна из самых дискуссионных. Понятно, что для эксплуатации природных ресурсов космоса человечеству все еще предстоит решить целый ряд технических вопросов. В то же время некоторые компании (можно привести примеры недавно созданных Planetary Resources и Deep Space Industries) уже серьезно занимаются разработкой технологий добычи природных ресурсов на астероидах. Следовательно, необходимость в проработке правовых аспектов эксплуатации природных ресурсов космоса, действительно, существует.

«ЭС»: Правовой режим использования природных ресурсов космоса уже сформирован?

– Если говорить о регулировании на международном уровне, в первую очередь надо отметить положения основополагающего международного соглашения по исследованию и использованию космического пространства – Договора ООН по космосу (Договор о принципах деятельности государств по исследованию и использованию космического пространства, включая Луну и другие небесные тела, 1967 год). Он устанавливает, что космическое пространство, включая небесные тела, не может быть присвоено ни путем провозглашения на них суверенитета, ни путем использования или оккупации, ни любыми другими средствами. Большинство специалистов сходятся во мнении, что это положение фактически запрещает добычу природных ресурсов небесных тел. Выражаясь словами Александра Ивановича Травникова, доцента кафедры международного права РУДН, «копать можно, брать нельзя». Речь здесь, конечно, идет о добыче в целях, отличных от научно-исследовательских.

Есть и другой международный договор – Соглашение о Луне (Соглашение о деятельности государств на Луне и других небесных телах, 1979 год). Этот документ прямо предусматривает необходимость установления международного режима для регулирования эксплуатации природных ресурсов Луны, когда возможность такой эксплуатации настанет. Соглашение о Луне не получило большой поддержки у международного сообщества (всего 17 ратификаций по сравнению со 105  ратификациями Договора ООН по космосу). Тем не менее, когда мы анализируем имеющееся правовое регулирование, которое относится к исследованию, освоению и использованию космических ресурсов, было бы неправильно игнорировать положения Соглашения о Луне.

На данный момент подавляющее большинство «космических юристов» считают, что международные договоры ООН по космосу не содержат необходимой правовой базы для эксплуатации природных ресурсов небесных тел. Ее еще предстоит разработать.

«ЭС»: Насколько разнятся позиции государств по данному вопросу?

– Говорить о какой-то единой позиции по данному вопросу пока не приходится. Есть страны, которые решили на национальном уровне создать отвечающую их интересам правовую базу. Например, в 2015 году в США был принят «Закон о конкурентоспособности коммерческих космических запусков», который фактически предоставил американским компаниям право заниматься добычей природных ресурсов на астероидах. Подобный закон сейчас обсуждается в Люксембурге, руководство которого планирует сделать Люксембург международным центром добычи космических ресурсов, предоставив компаниям удобный правовой режим. Иными словами, если это произойдет, то мы с вами станем свидетелями создания первого межпланетного «оффшора» – но, конечно, оффшора в исключительно положительном значении этого слова (удобный правовой режим – это далеко не всегда уход от налогов). Объединенные Арабские Эмираты также могут пойти по такому пути в ближайшем будущем.

Однако большая часть международного сообщества относится к подобным действиям отдельных государств довольно настороженно – многие считают (и я солидарна с такой позицией), что вопрос о возможности и механизмах использования природных ресурсов космоса должен быть решен исключительно на международном, а не на национальном уровне. Хотя, должна признаться, идея люксембургского космического «оффшора» кажется мне красивой.

«ЭС»: Какой позиции придерживается Россия?

– Позиция России совпадает с мнением большинства государств: для эксплуатации природных ресурсов космоса соответствующий правовой режим должен быть разработан на международном уровне. Принятие внутренних национальных актов до разработки международного режима не должно поощряться. В этой связи принятый в США закон российская сторона оценила как «весьма спорное с международно-правовой точки зрения одностороннее решение».

В целом Россия достаточно активно участвует в обсуждении этого вопроса на различных международных площадках. Например, сотрудники российского МИД и Роскосмоса регулярно представляют позицию России в рамках Комитета ООН по космосу и его подкомитетов. Российские представители также внимательно следят за деятельностью Гаагской рабочей группы по управлению космическими ресурсами. Эта группа создана специально для оценки необходимости правового регулирования деятельности в данной области.

«ЭС»: Какие еще нормы международного права можно отнести к дискуссионным?

– Интересный проект год назад инициировали Университет Макгилла (Канада) и Университет Аделаиды (Австралия) при поддержке Правительства Канады. Проект MILAMOS нацелен на разработку руководства по применению норм международного права к использованию космоса в военных целях как в мирное время, так и в период напряженности или открытого военного конфликта.

В международном космическом праве декларируется неоспоримый принцип: космическое пространство должно использоваться в мирных целях. Вместе с тем существуют космические войска и военные спутники, обеспечивающие безопасность и оборону стран; военные технологии, не связанные с применением силы, уже используются в космосе. Однако в случае военных конфликтов между государствами нельзя допустить, чтобы акты агрессии были перенесены в космос. Так не лучше ли заранее разработать соответствующие механизмы регулирования и определить границы дозволенного военного использования космического пространства?

В течение трех лет эксперты, представители разных стран, должны разработать такое регулирование. Исследования ведутся в трех основных группах: по международному космическому праву, по международному гуманитарному праву, по применению силы в международном праве.  Мне предложили войти в группу по космическому праву. В проекте MILAMOS также задействовано большое число технических и военных специалистов, то есть на выходе предполагается получить изложенное юридическим языком профессиональное заключение.

«ЭС»: Как давно были разработаны основные космические правовые документы? Насколько они соответствуют текущему состоянию дел в отрасли?

– Первый и ключевой Договор ООН по космосу (Договор о принципах деятельности государств по исследованию и использованию космического пространства, включая Луну и другие небесные тела) действует без малого50 лет; последующие три – Соглашение о спасании (Соглашение о спасании космонавтов и возвращении объектов, запущенных в космическое пространство, 1968 год). Конвенция об ответственности (Конвенция о международной ответственности за ущерб, причиненный космическими объектами, 1972 год), Конвенция о регистрации (Конвенция о регистрации объектов, запускаемых в космическое пространство, 1975 год) – более40 лет. Естественно, на современном этапе возникает довольно много вопросов, связанных с применением их положений в условиях новой технологической реальности и актуальных потребностей космической индустрии.

Как бы то ни было, эра многосторонних международных договоров по космосу закончилась, точка была поставлена пятым договором – Соглашением о Луне. Новых в обозримом будущем, по крайней мере на нашем веку, ожидать не приходится. Ведь в те далекие времена договариваться, по сути, приходилось двум космическим державам – СССР и США. Сегодня же для принятия или изменения многостороннего международного договора ООН по космосу потребовался бы консенсус куда большего количества государств, причем даже тех, которых к космическим державам никак не отнесешь. При этом все государства-члены Комитета ООН по космосу имеют равные права, в том числе при голосовании.

«ЭС»: Означает ли это, что дальнейшее развитие космического права невозможно?

– Почему же? Есть нормы так называемого мягкого права (рекомендательного характера), включающие резолюции Генеральной Ассамблеи ООН, разъяснения, которые выпускает Управление ООН по вопросам космического пространства, доклады групп правительственных экспертов, справочные документы международных организаций и другие авторитетные заключения по различным аспектам космического права. Все эти нормы, к счастью, оказывают самое серьезное влияние на формирование позиций государств и ход международных обсуждений по вопросам, относящимся к исследованию и использованию космического пространства.

Поэтому говорить, что международное космическое право застыло в состоянии пятидесятилетней давности, нельзя. Напротив, это сравнительно молодая отрасль права, которая реагирует на вызовы современного мира и таким образом динамично развивается.

Сотрудничество по космосу на международном уровне

«ЭС»: В каких международных «космических» организациях членствует «ИНТЕРСПУТНИК»?

– В первую очередь должна назвать Международный союз электросвязи (МСЭ) – специализированное учреждение ООН в области информационно-коммуникационных технологий. Хотя это и не чисто «космическая» организация, компетенция Союза во многих аспектах тесно связана с космическим правом, например, при определении правового режима использования радиочастотного спектра и спутниковых орбит. В силу специфики основной деятельности эти вопросы для «ИНТЕРСПУТНИКА» имеют принципиальное значение как для члена Сектора радиосвязи МСЭ. Мы принимаем участие в мероприятиях МСЭ, включая полномочные конференции радиосвязи, а также заседания рабочей группы по эффективному использованию орбиты, спектра.

В2015 году «ИНТЕРСПУТНИК» вступил в Международную астронавтическую федерацию (МАФ). Эта неправительственная организация была создана в1951 году для рассмотрения вопросов, связанных с космическими полетами. Сейчас ее компетенция гораздо шире и, помимо технических, включает социальные, политические и правовые аспекты исследования и освоения космоса.

Каждой осенью МАФ проводит крупнейшее отраслевое мероприятие – Международный астронавтический конгресс. К слову, конгресс2016 года стал площадкой для подписания контракта по продаже «Морского старта» российской группе компанийS7 и презентации Илона Маска, посвященной планам SpaceX по освоению Марса.

В рамках Международного астронавтического конгресса проводятся коллоквиумы по космическому праву. Их организует Международный институт космического права(МИКП) – еще одна неправительственная организация, основанная в1960 году. МИКП насчитывает порядка 500 индивидуальных и институциональных членов из50 стран. Институциональными членами МИКП являются, например, Европейское космическое агентство и крупнейший спутниковый оператор SES. «ИНТЕРСПУТНИК» в МИКП пока не вступил. Тем не менее Виктор Сергеевич Вещунов, исполнительный директор «ИНТЕРСПУТНИКА», и я тесно сотрудничаем с этой организацией в качестве индивидуальных членов.

«ЭС»: Элина Леонидовна, в прошлом году вас избрали в совет директоров МИКП. Что представляет собой совет и какова процедура выборов?

– В совет МИКП входит 21 директор, причем пять из них составляют так называемый постоянный секретариат: президент, два вице-президента, исполнительный секретарь и казначей. Совет директоров руководит работой МИКП и отвечает за выполнение возложенных на институт задач.

Директора избираются сроком на три года и должны представлять разные географические регионы. В совете давно не было российского представителя, при этом научный вклад нашей страны в развитие международного космического права ценится высоко. В свое время в совет МИКП входили выдающиеся советские и российские ученые – профессор Г.П. Жуков и профессор В.С. Верещетин.

Поскольку полномочия директоров истекают в разное время, выборы проходят ежегодно для заполнения открывающихся позиций. В прошлом году таких позиций было четыре, а кандидатов – семь. Сравнительно небольшое количество кандидатов объясняется предъявляемыми жесткими требованиями: необходимо обладать «значительным опытом в правовых или других гуманитарных аспектах космической деятельности». Претендента выдвигает действующий член института, выдвижение должны поддержать другие пять членов.

Все материалы о кандидатах публикуются в открытом доступе. Голосование – тайное, всеобщее, электронное: любой член МИКП может зайти на личную страницу и проголосовать. В совет проходят кандидаты, получившие наибольшее количество голосов. По итогам голосования мне удалось одержать победу с разницей всего в один голос.

«ЭС»: В прошлом году сменился и президент МИКП.

– Да, им стал Kай-Уве Шрогль, многие годы входивший в состав совета директоров института, а кроме того, он два года руководил ЮПК. Это профессионал очень высокого уровня, занимающийся политическими и стратегическими аспектами космической деятельности, – «космический дипломат». У нового президента свое видение направлений развития института, собственный взгляд на управление и формирование комитетов. При этом он хорошо чувствует, у кого из директоров к чему лежит душа, быстро оценивает способности каждого. Так что можно сказать, я попала в МИКП очень вовремя – в момент новых возможностей.

Kай-Уве Шрогль предложил мне войти в Комитет по историческим исследованиям МАФ в качестве представителя МИКП – заниматься, в частности, историей программы «ИНТЕРКОСМОС». Также на меня возложены задачи по совершенствованию взаимоотношений института с уже действующими членами и по привлечению новых. В этом плане я буду стараться расширять российское присутствие в МИКП, потому что наша позиция на мировом уровне должна звучать сильнее.

Еще одно направление работы – международный конкурс по космическому праву имени Манфреда Ляхса. Его проведение – один из способов популяризации космического права среди студентов, а участие в нем заставляет молодых людей выходить за рамки учебников – думать и находить решения.

«ЭС»: В чем суть этого конкурса?

– Создается гипотетический правовой спор, основанный на реальных коллизиях и нерешенных актуальных проблемах международного космического права. Например, кейс этого года как раз затрагивает вопросы добычи космических ресурсов. Каждая команда должна сформулировать обращение в международный суд от лица обеих сторон спора: истца и ответчика. После этого команды встречаются в устных прениях.

Конкурс проводится по четырем глобальным регионам, в каждом из которых определяется победитель. Затем за победу борются уже четыре победившие на этом этапе команды. Оценивать финал приезжают три действующих судьи Международного суда ООН. Последние два года в их числе наш соотечественник Кирилл Горациевич Геворгян, долгое время возглавлявший Правовой департамент МИД России.

В качестве эксперта я оцениваю письменные работы команд – 40–50 страниц серьезного научного исследования – и всякий раз поражаюсь глубине исследования и уровню профессионализма. Мне, юристу-практику, и в голову не пришло бы то, что предлагают студенты. Открывается такой объем нерешенных вопросов! Жаль, что большая часть студенческих работ в университетах сегодня пишется под копирку на тривиальные, затертые темы.

«ЭС»: Российские команды участвуют в этом интеллектуальном состязании? Каким наибольшим успехом они отметились?

– В 2011 году команда СПбГУ, как победитель европейского регионального раунда, дошла до полуфинала, где уступила более сильной команде.

Время от времени интерес к конкурсу проявляли и другие российские вузы.  Хотя, например, в прошлом году среди конкурсантов не было ни одной российской команды. И я искренне рада, что на конкурс 2017 года заявки подали сразу шесть наших вузов: помимо столичных РУДН и ВШЭ, это еще и Санкт-Петербург, Екатеринбург, Тюмень и Белгород. Удалось достучаться до руководства вузов, найти энтузиастов, болеющих за престиж российской школы космического права. В прошлом столетии советские специалисты внесли огромнейший вклад в науку. Мы должны готовить следующее поколение, способное продолжить дело тех, кого мы до сих пор вспоминаем с благодарностью.

Насколько успешным будет участие российских команд в конкурсе этого года, покажет время, но уже само участие заслуживает уважения.

«ЭС»: Процесс, как всегда, тормозят финансы?

– Да, это насущный вопрос. Выступление в европейском региональном раунде российские команды должны обеспечить своими силами. Победителям региональных этапов организаторы конкурса компенсируют расходы по участию во всемирном раунде, но сначала вузы должны сами понести необходимые затраты. Для бизнеса эти 150–300 тысяч рублей в годовом бюджете просто незаметны, а для университетов такая сумма может оказаться серьезным препятствием.

Оператор спутникового и цифрового телевидения «Триколор ТВ», который, как известно, реализует много важных социальных инициатив, в этом году подтвердил готовность выступить спонсором студенческой команды СПбГУ. Такая поддержка открывает новые горизонты для ребят из Санкт-Петербурга, увлекающихся космическим и телекоммуникационным правом. Это очень хорошо и для самого вуза – многие абитуриенты выбирают учебное заведение, исходя из доступных вузу возможностей, в том числе в сфере дополнительного образования.

Если бы российские телеком-компании взяли шефство над университетами и помогали студентам ежегодно участвовать в международном конкурсе по космическому праву, это дало бы сильный импульс подготовке высококвалифицированных молодых специалистов, а телеком-бизнес получил бы прекрасный кадровый резерв.

По сути, у нас у всех общие задачи. Нужно только объединиться для их решения. Я вижу свою миссию в том, чтобы помочь именно этому направлению развития российской школы международного космического права.

Рубрики и ключевые слова